Отсутствует состав уголовного правонарушения о виновности лица в служебном подлоге
Приговором Уральского городского суда Западно-Казахстанской области от 9 сентября 2016 года: А., ранее не судимый, осужден по части 2 статьи 314 Уголовного кодекса Республики Казахстан (далее – УК) (в редакции 1997 года) к штрафу в размере 2 000 месячных расчетных показателей – 3 704 000 тенге с лишением права занимать должности в государственных органах сроком на 5 лет. Приговором суда А. признан виновным в совершении служебного подлога, то есть во внесении в официальные документы заведомо ложных сведений с целью извлечения выгод и преимуществ для организаций. Постановлением апелляционной судебной коллегии Западно-Казахстанского областного суда от 19 октября 2016 года приговор оставлен без изменения. В протесте Генеральный Прокурор Республики Казахстан указывает, что состоявшиеся судебные акты в отношении осужденного А. являются незаконными и подлежат отмене с прекращением дела за отсутствием в его действиях состава уголовного правонарушения, поскольку выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, а также неправильно применен уголовный закон, повлекший осуждение невиновного. В соответствии со статьей 388 Уголовно-процессуального кодекса Республики Казахстан (далее – УПК) приговор признается законным и обоснованным, если он постановлен с соблюдением всех требований закона и на основе закона, на основании всестороннего и объективного исследования в судебном заседании представленных суду доказательств. Об этом же указано и в пункте 2 нормативного постановления Верховного Суда Республики Казахстан от 20 апреля 2018 года № 4 «О судебном приговоре». Однако приговор в отношении А. не отвечает указанным требованиям. В данном случае имеет место несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, что привело к осуждению невиновного лица. Согласно выводам суда, А., являясь руководителем ГУ «Уральское городское управление по защите прав потребителей Департамента по защите прав потребителей ЗКО» (далее – Управление), достоверно зная, что аптека ТОО «А» (далее – Аптека) не соответствует установленным Санитарным правилам «Санитарно-эпидемиологические требования к объектам в сфере лекарственных средств, изделий медицинского назначения и медицинской техники», утвержденным постановлением Правительства Республики Казахстан от 17 января 2012 года № 91 (далее – Санитарные правила), а именно – по составу, площади помещения, оборудования и непосредственного состояния объекта, подписал положительное санитарно-эпидемиологическое заключение от 15 августа 2014 года № 129 (далее – Положительное заключение) для последующего получения указанной Аптекой приложения к лицензии о занятии фармацевтической деятельностью, то есть внес в официальные документы заведомо ложные сведения с целью извлечения выгод и преимуществ для организаций. Согласно диспозиции статьи 314 УК уголовная ответственность наступает за внесение в официальные документы заведомо ложных сведений в целях извлечения выгод и преимуществ для себя или других лиц либо организаций, либо нанесения вреда другим лицам или организациям. При этом служебный подлог совершается с прямым умыслом и специальной целью – извлечение выгод и преимуществ для себя или других лиц, или организаций.
Отсутствует состав уголовного правонарушения о виновности лица в служебном подлоге
Органом досудебного расследования не добыты доказательства того, что А. совершил служебный подлог с целью извлечения преимуществ в пользу Аптеки и материалами дела не подтверждается направленность его умысла на служебный подлог с целью получения выгод или преимуществ для себя либо для Аптеки. То есть данный признак состава преступления не доказан. А., не отрицая свою подпись на Положительном заключении, стабильно и последовательно показывал, что владельцев Аптеки не знает, её представители к нему не обращались. О несоответствии площади Аптеки Р. ему не сообщала. Указаний о выдаче Положительного заключения ни К., ни Р. он не давал. Данное заключение на подпись ему поступило через канцелярию, изучив и не усмотрев каких-либо нарушений, подписал. Материальных благ от этого не получал. Допрошенный в суде свидетель С. показал, что до августа 2014 года работал руководителем РГУ «Департамент по защите прав потребителей по Западно-Казахстанской области» (далее – Департамент). Его супруга с 2008 года является единственным учредителем и директором Аптеки. Оформлением и сбором документации не занимался и никого из сотрудников Департамента, а также Управления об этом не просил. Свидетель Ф. в суде показала, что в 2014 году обратилась в Управление с заявлением для получения санитарно-эпидемиологического заключения. После осмотра помещения специалистом ей выдали санитарно-эпидемиологическое заключение, которое она передала в ГУ «Управление здравоохранения» для получения лицензии. Оформлением документов на Аптеку занималась сама лично. О том, что площадь помещения Аптеки не соответствует установленным требованиям, не знала. В своих показаниях К. утверждала, что к ней обратилась Ф. за консультацией по вопросу получения санитарно-эпидемиологического заключения на Аптеку. Она помогла Ф. с заполнением заявления, которое на следующий день было отписано ей. Поручив исполнение Р., она дала ей указание ускорить проверку. К. не отрицала, что Р. доложилась ей о выявленных несоответствиях на объекте, но утверждала, что поручила об этом доложить А. для принятия решения. Свидетель Р. показала, что сразу после получения заявления от директора ТОО «А» ей позвонила К. и попросила ускорить выдачу положительного заключения, т.к. объект принадлежит супруге бывшего руководителя Департамента по защите прав потребителей С. Выехав на проверку, она выявила нарушения и доложила об этом К. Через некоторое время К. выдала ей копию техпаспорта на указанный объект с указанием размера площади 18,6 кв.м. Не обращая внимания на изменение размеров площади аптеки, вынесла положительное заключение, которое положила в папку на подпись и оставила в приемной. От своих первоначальных показаний Р. отказалась, пояснив, что ее заставили написать заявление на А. под угрозой ареста. Несмотря на это, суд односторонне подошел к исследованию фактических данных, приняв во внимание только обвиняющие доказательства и оставив без правовой оценки оправдывающие А. обстоятельства. Согласно пункту 12 нормативного постановления Верховного Суда от 20 апреля 2006 года № 4 «О некоторых вопросах оценки доказательств по уголовным делам» приговор суда нельзя признать законным, если он вынесен только на основании показаний потерпевшего, которые не проанализированы, не сопоставлены на достоверность и не подтверждены другими доказательствами. Выводы суда о виновности А. основаны на первоначальных показаниях свидетеля Р. и не подтверждены другими объективными доказательствами по делу, а показания свидетеля К. не подтверждают виновность А. в совершении преступления. Напротив, судом достоверно установлено, что владельцев аптеки непосредственно знала К., именно она дала указание Р. о быстрой выдаче заключения. Более того, Р. доложила К. о несоответствии аптеки требованиям Санитарных правил.
Отсутствует состав уголовного правонарушения о виновности лица в служебном подлоге
При этом осведомленность А. об этих моментах материалами дела не установлена. Таким образом, выводы суда о виновности А. в служебном подлоге являются необоснованными и не подтверждены совокупностью достаточных и достоверных доказательств. Кроме того, необходимо отметить, что объектом служебного подлога, предусмотренного статьей 314 УК, являются интересы государственной службы. Квалифицируя действия А. по части 2 статьи 314 УК - как служебный подлог из корыстной заинтересованности, в целях извлечения выгод и преимуществ для Аптеки, судебные инстанции также исходили из того, что Положительное заключение является официальным документом. С таким выводом также согласиться нельзя, поскольку по смыслу закона предметом служебного подлога выступают официальные документы, представляющие права и освобождающие от обязанностей. Только при наличии этого признака образуется состав уголовного правонарушения. Не всякий документ, исходящий от государственного органа, должен признаваться официальным документом, выступающим предметом служебного подлога. Только тот документ, который давал какие-то права и освобождал от каких-либо обязанностей, может выступать предметом служебного подлога. Суд также не принял во внимание, что состав служебного подлога формальный, поэтому, в первую очередь, должна быть учтена и степень общественной опасности. Установлено, что нарушением, препятствовавшим выдаче Положительного заключения, являлось несоответствие площади торгового зала. Вместо положенных 15 кв.м. он располагал лишь 13,6 кв.м. Между тем согласно пунктам 2.3.1. «Строительных норм и правил Республики Казахстан 3.02-02.2009» от 6 января 2010 года Аптека относится к категории общественных зданий и сооружений, и в соответствии с пунктом 4.3. уменьшение норм площадей от установленных для помещений, встроенных в жилые дома, допускается до 15%, то есть в данном случае не менее 13,5 кв.м. Площадь торгового зала Аптеки составляла 13,6 кв.м., то есть на 0,1 кв.м. больше допустимой нормы. В соответствии с положениями статьи 4 Закона Республики Казахстан «О правовых актах» строительные нормы и санитарные правила находятся на одном уровне и при применении правил в соприкасающейся области должны учитываться и иные нормы и правила. Таким образом, уменьшение площади, допустимое по строительным нормам и правилам, должно было быть учтено при санитарно-эпидемиологическом обследовании и при выдаче заключения. Согласно пункту 5 Закона Республики Казахстан «О лицензировании» от 11 января 2007 года № 214 (далее – Закон «О лицензировании) государственные органы на основании запроса лицензиара в течение 10 рабочих дней направляют ответ соответствующему лицензиару о соответствии или несоответствии заявителя предъявленным требованиям. В случае непредставления государственными органами в установленные данным Законом сроки выдача лицензии считается согласованной.
Между тем указанный Закон утратил силу в связи с принятием Закона Республики Казахстан от 16 мая 2014 года № 202-V «О разрешениях и уведомлениях» с изменениями и дополнениями от 9 мая 2016 года (далее - Закон «О разрешениях и уведомлениях»), которым для аптек установлен уведомительный характер, то есть лицо должно лишь уведомить государственные органы до начала осуществления деятельности или действия, и, следовательно, санитарно-эпидемиологические обследования не производятся и заключения не выдаются. Несмотря на то, что Закон «О разрешениях и уведомлениях» вступил законную силу по истечении 6 месяцев со дня его официального опубликования действия А. подпадают под требования статьи 6 УК, которая улучшает его положение. Как установлено, санитарно-эпидемиологическое заключение на Аптеку выдано 15 августа 2014 года, то есть после принятия Закона «О разрешениях и уведомлениях» и, соответственно, заключение и обследование не должны были проводиться и выдаваться. Кроме того, пунктом 9 Приложения № 2 «Стандарта государственной услуги «Выдача лицензии на фармацевтическую деятельность» к приказу Министра здравоохранения и социального развития Республики Казахстан от 28 апреля 2015 года № 293 установлен исчерпывающий перечень документов, среди которых требования о разрешении санитарно-эпидемиологической службы в виде справки или иного документа отсутствуют. Таким образом, наличие Положительного заключения для выдачи лицензии не требовалось ни по Закону «О лицензировании» в июле 2014 года, ни по Закону «О разрешениях и уведомлениях», установившему государственный стандарт на лицензирование фармацевтической деятельности. В соответствии с требованиями статьи 43 Закона Республики Казахстан «О правовых актах», устанавливающей обратную силу нормативного правового акта, если после совершения правонарушения ответственность за него законом отменена или смягчена или последний исключает обязанности, возложенные на граждан, или улучшает их положение, применяется новый закон.
Следует также учитывать, что в соответствии с диспозицией статьи 361 УК, по которой при составлении в отношении А. нового обвинения государственный обвинитель отказался от обвинения, злоупотреблением должностными полномочиями признаются умышленные действия должностного лица, направленные на использование своего должностного положения вопреки интересам службы в целях извлечения выгод и преимуществ для себя или других лиц и организаций, либо нанесения вреда другим лицам и организациям, если это повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемым законом интересов общества или государства. Наличие вышеуказанных последствий является обязательным условием и для привлечения к уголовной ответственности по части 2 статьи 314 УК. Поэтому выводы суда о том, что А., пользуясь предоставленными ему правами и полномочиями, совершил противоречащие служебному долгу действия, судебная коллегия считает необоснованными. В связи с этим постановлено судебные акты отменить, уголовное дело по части 2 статьи 314 УК в отношении А. производством прекратить за отсутствием в его деяниях состава уголовного правонарушения. Также отменены частное постановление суда первой инстанции в отношении Р. и постановление апелляционной судебной инстанции об оставлении этого частного постановления без изменения. В порядке, предусмотренном главой 4 УПК, признано за А. право на реабилитацию и возмещение вреда, причиненного незаконными действиями органов, ведущих уголовный процесс. Протест Генерального Прокурора Республики Казахстан удовлетворен.
Внимание!
Адвокатская контора Закон и Право, обращает ваше внимание на то, что данный документ является базовым и не всегда отвечает требованиям конкретной ситуации. Наши адвокаты готовы оказать вам помощь в юридической консультации, составлении любого правового документа, подходящего именно под вашу ситуацию.
Для подробной информации свяжитесь с Юристом / Адвокатом, по телефону; +7 (708) 971-78-58; +7 (700) 978 5755, +7 (700) 978 5085.
Адвокат Алматы Юрист Юридическая услуга Юридическая консультация Гражданские Уголовные Административные дела споры Защита Арбитражные Юридическая компания Казахстан Адвокатская контора Судебные дела
